Цель бизнеса — прибыль. Цель искусства — немного другая. Поиск истины, блага, Бога, кому что ближе. Должен ли бизнес оплачивать тех и то, что опрокидывает деловой практицизм и утверждает в правах идеализм, разрушающий идеологию прибыли, капитала? Выходит, бизнес и искусство — как гений и злодейство? Две вещи несовместные? Но может ли театр, да всё, что ни есть, существовать без денег? И где золотая середина, когда «не продаётся вдохновенье, но можно рукопись продать»?